Я остановился, не придавая этому большого значения, просто из любопытства. Мне захотелось разглядеть их получше. Я включил фару-искатель и направил её на эти огни. Они рассеялись во вес стороны, как только на них упал луч. Штук пять исчезли, а остальные начали приближаться. Я принялся их методично уничтожать. Все сопровождалось каким-то звуком, похожим на тонкое жужжание. Потом я почувствовал запах серы, и меня вдруг охватил страх, смертельный страх. Последнего я поразил лучом всего в десятке футов от машины. Мне трудно описать весь ужас, который я испытывал в тот момент…

— Звучит весьма таинственно, — сказал я. — Но чего вы испугались? Наверняка это была какая-то разновидность зарницы.

— Успокаивающее объяснение можно придумать всегда, — ответил Фостер. — Но чем можно объяснить тот инстинктивный страх, который меня охватил? Я завёл машину и мчался без остановки всю ночь и следующий день. Я чувствовал, что мне нужно уехать как можно дальше от того, с чем я повстречался. Я купил дом в Калифорнии и попытался выбросить этот случай из головы, правда, без особого успеха. Потом это повторилось.

— То же самое? Огни?

— На этот раз все было сложнее. Началось с появления помех в виде статических разрядов при работе радиоприёмника. Потом это нечто воздействовало на электропроводку: все лампочки стали тускло светиться, хотя были выключены. Я чувствовал, чувствовал нутром, что “оно” приближается, обступает меня. Я попытался удрать на машине, но двигатель не завёлся. К счастью, в то время я держал несколько лошадей. Я вскочил на одну из них и поскакал в город — и весьма резвым галопом, смею вас уверить. Я видел огни, но мне удалось их обогнать. Потом я сел на поезд и продолжил бегство.

— Не понимаю…

— Это случалось ещё — в общей сложности четыре раза. Последнее время я уже было подумал, что мне удалось наконец от них уйти, но ошибся. Сейчас уже обнаружились верные признаки того, что спокойный период моей жизни здесь подходит к концу. Я давно бы уехал отсюда, да мне ещё нужно уладить кое-какие дела.